Category: лытдыбр

Category was added automatically. Read all entries about "лытдыбр".

ПОЕЗДКА В ПИТЕР - ПОСТСОВЕТСКОЙ, ПУТИНСКОЙ ЭПОХИ


Пребывая в свободном плаванье по бескрайним просторам Сети, через континенты и моря, это красочное описание поездки в мой некогда родной и любимый город, сделанное неведомым автором, израильтянкой с 20-летним стажем, прибилось к моим сетевым причалам. И вот… Читайте, наслаждайтесь, купайтесь в… отменном лекарстве от ностальгии… если оно кому-то ещё требуется…

 

Collapse )

НЕОБЫЧНЫЕ ИСТОРИИ С ОБЫЧНЫМИ ЛЮДЬМИ

АВТОР - НАФТАЛИ БЕЛЯЦКИЙ


Рассказывать о чудесах - благославлять имя Всевышнего!

Я родился в Ленинграде 19 июня 1940 года, за год до начала войны в обычной еврейской семье. Отец был инженером, а мать работала в библиотеке. Жили мы в центре города в большой четырёхкомнатной квартире вместе с родителями матери. Началась война. Отца призвали в армию. В Ленингаде началась блокада - зима, холод, голод.
Умерли бабушка и дедушка. Мама моя, изнеженный еврейский ребенок, всю жизнь играла на фортепьяно и читала книги. А тут - голод, холод, нужно копать окопы. Мама простудилась, заболела и умерла в 32 года, да будет благословенна её память!
Я остался один в большой холодной квартире, и было мне меньше двух лет. Соседи по лестнице отдали меня в детский дом. У моей бабушки было 5 сестёр и один брат. Это была очень дружная семья: все знали всё друг о друге и заботились о племянниках, как о родных детях. Я не встречал больше в жизни таких семей. Часть родственников эвакуировалась из Ленинграда, часть ещё там оставалась. Когда родственники пришли, чтобы забрать меня после смерти мамы, то они уже не нашли меня дома и стали разыскивать. Так начались чудеса моего спасения. Детский дом, в который я попал, эвакуировали из Ленинграда по «дороге жизни» - по льду Ладожского озера. Дорогу бомбили, грузовики иногда проваливаливась под лёд, но мне повезло: я проехал по опасной дороге и прибыл вместе с другими детьми в Томск. В Томске сестра моей бабушки Фаня работала врачом в госпитале вместе с мужем. Её муж пришёл мыться в баню и увидел на скамейках много-много детей.
-Откуда дети? - спросил он у няни.
-Из Ленинграда, - ответила она.
-А нет ли здесь Толи Беляцкого? – продолжал он спрашивать.
-Я не знаю. Видите у них на ножках ярлыки из фанеры? На них написаны имя и фамилия.
Что было делать? Он сходил за очками, детей было примерно двести. Он начал читать имена и фамилии и нашёл меня! Пришла его жена Фаня и попросила отдать ей ребёнка! Она написала заявление, что мама моя умерла в Ленинграде, и она, сестра мамы, хочет усыновить меня. Только тогда ей меня отдали. После войны она рассказала мне, что не могла себе представить, что у двухлетнего ребёнка может быть столько болезней. Фаня работала с мужем в госпитале, и там они попросили лекарства и лечебные препараты. Три месяца шла упорная борьба за мою жизнь. Большая часть детей из Ленинграда умерла. Мне повезло выжить...
Тут вышел приказ о переводе их в другое место. Как быть с больным маленьким ребенком? Фаня принесла меня и сказала,что у нее ребенок. Ей ответили, что она не могла родить ребёнка в 52 года, а специально взяла чужого ребёнка, чтобы никуда не ехать, и что она не первая такая умная!
Опять счастливый случай: Фаня буквально передала меня в окно поезда своей сестре Берте, которая ехала в эвакуацию к третьей сестре, Мире, в Алтайский край. Опять болезни. Вновь надо доставать лекарства. Муж Миры, пожилой человек, идет 80 километров пешком в Барнаул за лекарством, поскольку не только машины, но даже лошади невозможно было достать в военное время. Мира воспитывала меня как сына с 2-х до 5-ти лет. В 45-ом году она приехала в Ленинград и передала меня отцу, вернувшемуся с фронта.
Так дружная еврейская семья спасла ребенка.

Иерусалим, 2006